— В начале ноября, — рассказывает мой собеседник любитель-охотник Иван Эльмартович, — наша давняя компания охотников из четырёх человек по первому снежку выехала в район деревни Соловьёвка. Ехали с целью поохотиться на тетеревов, а если повезёт — встретиться с козами или косулями. Короче говоря, ехали на разведку. Погода была ясная, тихая, земля была покрыта ослепительно белым, только что выпавшим снегом. Лёгкий, бодрящий морозец, хорошее настроение. Оно усилилось ещё и оттого, что вскоре появилась первая добыча: подстрелили трёх тетеревов. Так незаметно пролетело время. Солнце уже склонялось к горизонту, напоминая, что скоро начнёт смеркаться, а значит — охотничий день на исходе, надо сворачиваться. И в это время в болотистом урочище по обе стороны ручья, тянувшегося к озеру, что недалеко от деревни, мы заметили следы трёх косуль, прошедших вверх вдоль ручья в направлении от озера к темнеющей вдали берёзовой чащобе. Старший из нас, Кузьмич из Заозёрного, предложил устроить загон: подняться в верх ручья и пугнуть косуль, которые, возможно, не ушли из чащи, а стоят ещё там. Все дружно приняли это предложение. Из рассказа Ивана было ясно, что его и
Владимира (он из Зеленогорска), — поставили на номера по правой стороне ручья, а на левом берегу ручья оставили Анатолия, тоже из Заозёрного. «Анатолий — этакий весельчак, неунывающий балагур, шутник, неутомимый рассказчик анекдотов. Кстати, это была его первая охота в составе нашей компании», — уточнил Эльмартович. — Кузьмич, как самый старший из нас, взял на себя роль загонщика. На своей машине «Нива» он выехал из урочища, верхом которого проехал несколько километров в сторону чащобы, где по нашим расчетам стояла стайка косуль».

На время всё замерло. Охотники на номерах вглядывались в высокую, уже высохшую порыжевшую болотную растительность, боясь пропустить тот миг, когда из этой гущи выскочит дичь. Напряжённую тишину нарушил громкий выстрел со стороны номера Анатолия. «Ага!» — подумалось Ивану с Владимиром. Правильно мы предполагали, косули действительно остановились в берёзовой чаще, откуда их выгнал Кузьмич и, уходя от него, они натолкнулись на Анатолия. Вот он и встретил их выстрелом. Они подождали некоторое время сигнала от него. Должен же он дать им знать какой результат его выстрела.

Шло время, но от Анатолия, как говорится, ни звука. И сам он не появляется у соседей. В чём дело? Вскоре к ним подошёл Кузьмич, поинтересовался как у них дела. Иван с Владимиром объяснили, что ждут сигналов от Анатолия. Решили втроём пойти на место засады Анатолия. Встретил он их как- то невесело. На вопрос: «Ну, рассказывай, в кого стрелял, и какой результат?». Он с виноватым видом стал рассказывать, что на него действительно вышли три косули, он выстрелил и промазал, короче, упустил. Кузмич, не скрывал своего раздражения, обвинил Анатолия в растяпстве. Тот, чувствуя свою вину перед товарищами, что- то неубедительно продолжал мямлить в своё оправдание. Обескураженный тем, что он подвёл своих товарищей по оружию, не оправдал их надежд, решил как-то объяснить свою вину. И первое, что пришло ему в голову — он обвинил какую-то бабу. «Виновата баба, виновата баба, — показно гневно бросал он свои обвинения в адрес таинственной бабы, — ну погоди!». На вопрос: кто эта баба, и причём здесь, она, он объяснил, что готовясь к этой охоте, заряжать патроны он доверил своей жене. А она вместо того, чтобы вначале зарядить в гильзу порох, а затем затрамбовать дробь, всё сделала наоборот. И от этого выстрел не получился. Дробь, дескать, просто выкатилась из ствола, словно её выплюнули. В первую минуту охотники были готовы поверить ему и вину его видели в том, что он доверил такое важное дело жене. Какой же ты охотник, если такое «святое дело», как заряжать гильзы, доверяешь женщине?! Но тут же одумались. Первым, у кого зародилось сомнение в правдивости рассказанного Анатолием, был Кузьмич. «Что ты городишь? – обратился он к незадачливому охотнику, — пытаешься свой промах обратить в шутку и свалить вину на другого. Если патрон был бы заряжен именно так, то выстрела вообще бы не было, а ведь мы слышали настоящий, хлёсткий, выстрел. Скажи честно, что промахнулся или откровенно проспал и не вовремя увидел косуль». Но Анатолий стоял на своём и продолжал разыгрывать сцену возмущённого мужа, которого подвела баба, оказавшая ему медвежью услугу. На этом компания и завершила свой охотничий день. Домой ехали с глубоким чувством неудовлетворения. Настроение было испорчено.

Прошло несколько дней. Кузьмич, встретился с женой Анатолия и рассказал ей про этот случай. Жена была немало удивлена поведением своего мужа и тем, как он свою вину свалил на неё. Она рассказала, что патроны на ту охоту он вообще не заряжал, в патронташ снаряжал уже готовыми, магазинными патронами. А настоящей причиной промаха мужа на охоте были её очки (она близорукая), которые в спешке, в последние минуты перед отъездом, Анатолий схватил вместо своих. Вот истинная причина того, что случилось на охоте. Но, Анатолий, понимая, что он подвёл своих коллег, упустил добычу, боясь гнева «товарищей по оружию», не набрался смелости рассказать мужикам правду, что целился в косуль в чужих, «близоруких» очках, в которых он и мушки–то не видел. Решил обратить свой промах в шутку, как оказалось, неуместную и неуклюжую, за что и поплатился: мужики решили в будущем на охоту его в свою компанию не брать. И это решение было далеко нешуточным.

Анатолий АФАНАСЬЕВ